Джим был идеальным злодеем, но самым худшим братом, который только мог существовать. Это его и убило.

      Когда ты осознаешь, что сделал самому родному тебе человеку столько боли, невольно возникает вопрос: а он это заслужил? Скажи, Джеймс, твоя сестра это заслужила? Ваша ненависть друг к другу изматывала вас, заставляла идти на такие поступки, на которые не решился бы ни один человек.

      И ты считал это нормальным? Она видела в тебе добро, сколько ты ни сопротивлялся. Даже твоя собственная сестра, разглядев в тебе задатки психопата, не отвернулась от тебя. Так скажи, почему ты заставлял ее себя ненавидеть? Боялся подпустить ближе, зная, что можешь навредить ей?

      Когда ты стал таким, Джеймс? Тебя растили, как надо, в тепле, уюте и заботе, а чем ты отплатил. Злостью? Ты злился на весь мир, потому что сестра тебя не понимала, а ты не давал ей себя понять. Джим, очнись! Она сбегала от тебя, пряталась, но ты силой возвращал ее. Чтобы что? Чтобы она помогала тебе. С чем? С работой.

      Да, ты звал это работой. Ты – тот человек, который просто из принципа будет делать людям гадости. Ты актер, пытающийся выстроить для себя сцену, на которой тебя будут превозносить. А в итоге ты что получил? Статус злодея-консультанта? И это все, черт возьми?!

Я разочарован в тебе.

      Ты умер для нее, именно тогда, когда якобы застрелился на крыше. Ты бросил ее. А потом смеешь говорить, что разочаровался в ней? Назвал предательницей, хотя предал сам. Если бы ты не бросил ее вот так, одну, думаешь, она бы стала сдавать тебя Майкрофту? Пускай, они использовали ее, думали, что она является рычагом давление на тебя, но все же.

      Она была рычагом давления на тебя. Признай это. Джим, черт, не смотря на всю вашу ненависть, она любила тебя, и ты знал это. Прекрасно знал. Возможно, ей не повезло, ведь ее любовь совершенно отличалась от обычного понимания людьми. Думал, будучи ненормальным, ты достоин нормальной любви? Дурак.

Меня от тебя тошнит.

      Что, прости? За такое она должна была тебя ударить, и не раз. Думаешь, она целенаправленно тебя сдавала, раскрывала все секреты, которые только могла раскрывать. Она пыталась тебя оправдать! Ты был для нее братом! Она хотела показать, что ты не чудовище, а просто человек, запутавшийся в себе, потому и совершал такие поступки.

Но ты остаешься со мной.

      Это была не угроза, не приказ. Это была просьба. Ты знаешь это. Ты надеялся, что она останется, а не попросит себя пристрелить. Только поэтому ты согласился отпустить ее подругу, а ведь мог убить, как и ту невинную пятнадцатилетнюю девочку. Ты не монстр, Джим, хоть и пытаешься это всем доказать. И твоя сестра видела это.

      Ты втоптал ее в грязь, разбил сердце, когда рассказывал про планы Холмсов на нее. Это странный способ заставить сестру не бросать тебя, ведь просто попросить ты не мог. Боялся, что она пошлет тебя? Дурак, дурак, дурак. Как ты не понимаешь, что, несмотря на все, что ты сделал, тебя любят. Той самой странной, ни на что не похожей любовью.

Ты поверила человеку, который ради хорошего дела душу продаст, наивная, знаешь ведь, что доверять можно только семье.

      Вот! Вот оно, проявление твоего истинного отношения к сестре. Надеялся, что она примет твою помощь, доказал ей, что ты лучше, лучше тех всех, кто был дорог твоей сестренке. Ты убедил ее лишь в том, что она доверчивая, наивная, не разбирающаяся в людях дуреха. Тебя это устроило? Что ж, валяй, развлекайся с тем, что умудрился разбить вдребезги.

      Помнишь, когда Шерлок пришел за ней? Эта ненависть в тебе закипела с новой силой, ты почти не мог ее обуздать. Но ты обязан был показать, что ты сильнее, умнее, ты лучше. Хотя бы для нее. Ты дал ей дом, создал ее, ты был ей братом, но все равно не верил, что она любит тебя искренне, так, как только она может любить.

      И когда пуля попала в легкое, твоей мыслью было лишь: «Она же останется одна…». Не это ли любовь, Джим? Ты помнишь тот взгляд, такой добрый, всепрощающий, проникающий в саму суть тебя. Она вырвала тебя настоящего из того дерьма, которым ты сам себя окружил. На то и нужны родственники, милый Джим.

      И закрывая глаза, ты знал, что несмотря на все совершенные тобой преступления, она будет оплакивать тебя, будет скучать. Потому что ты старший брат, черт возьми. Умирай именно с этой мыслью, Джеймс Мориарти.